- Слушай, Феликс, - спросил грубый Пеньков. - А чего ты ей замуж выйти не предложишь? Хорошая девчонка, симпатичная и вообще...

Рыбкин густо покраснел, и стыдливый румянец проступил даже через загар. На некоторое время все его лицо стало однотонным, даже светлые пятна от очков и кислородной маски исчезли.

- Ты куда-то собирался? - спросил Пенькова Матти. - Ну и иди.

- И пойду, - сказал Пеньков. - Просто мне за них обидно, Матти, ходят вокруг, как журавль с цаплей.

- Иди, иди, - погнал его Матти. - Карабин не забудь, сваха!

Феликс поднялся. Был он невысок, но сложен удивительно пропорционально. Комбинезон плотно облегал его фигуру.

- Спасибо за кофе, - поблагодарил он Сергея. - У вас запасных батарей для комбинезона не будет? Что-то я сегодня не рассчитал.

- Сейчас принесу, - сказал Белый.

Когда он вернулся с батареями, Феликс Рыбкин уже был в очках. Кислородная маска болталась под подбородком, меховой капюшон комбинезона туго облегал лицо.

- Спасибо, - все так же негромко поблагодарил следопыт.

Белый помялся немного, протянул Рыбкину руку и, смущенно отводя взгляд в сторону, сказал:

- Ты знаешь, Феликс, а я с Пеньковым согласен. Он у нас, конечно, невоспитанный и грубый, но в данном случае... Ты бы поговорил с Наташей, она ведь тебя любит, думаешь, нам не видно?

Рыбкин улыбнулся, показывая мелкие ровные зубы.

- Спасибо, - в третий раз поблагодарил он. - Вы - настоящие друзья, ребята!

За пределами обсерватории стоял мороз, который сразу же взялся за нос и лоб следопыта. Небо было совсем черным, и в угольной пустоте над горизонтом туманно светилось пятнышко Юпитера, а чуть ниже планеты серебрился, подобно Млечному Пути, пояс астероидов. В мешанине звезд угадывались привычные созвездия, только звезды сияли куда ярче, чем на Земле, .от которой к Марсу уже шел планетолет "Джордж Вашингтон". Рыбкин вспомнил свой разговор с ребятами и едва не засмеялся от внезапно нахлынувших чувств. Он обернулся.