И тайну кольца они тоже когда-нибудь обязательно разгадают.
В Биоцентре было довольно людно, и Рыбкин, попрощавшись с Галей Иваненко, сразу направился к Тому Джефферсону, но на половине дороги был перехвачен маленьким и сухопарым доктором Манделем.
- Рыбкин! - радостно вскричал Мендель. - Вот уж приятная встреча! Вы когда должны были прийти ко мне на профосмотр, Феликс?
Следопыт смутился.
- Извините, Лазарь Григорьевич, - виновато сказал он. Замотался я в последнее время. Честное слово, завтра с утра я обязательно буду у вас.
- Ну, зачем же откладывать на завтра то, что мы отлично можем сделать сегодня? - удивился Мендель и распахнул дверь своего кабинета. - Прошу вас, товарищ Рыбкин!
Покоряясь неизбежному, Феликс вошел в кабинет.
Доктор Мендель внимательно осмотрел следопыта и, строго глядя на него, спросил:
- Вы когда последний раз были в спортзале, молодой человек:
Феликс развел руками.
- И не надо таких жестов, - сказал доктор Мендель. Всегда надо помнить, что вы на другой планете. Дети знают, что Марс меньше Земли, а вот следопыты не знают. И центрифуга им не нужна, они, видите ли, и без центрифуги себя прекрасно чувствуют. - Он потянул к себе листок с расписанием космосообщения и бегло просмотрел его. - А вот отправлю-ка я вас на полгодика на Землю. Вот тут у нас через две недели рейсовый планетолет прибывает...
- Все что угодно, доктор, - испуганно сказал Рыбкин. Только не это!
Испуг его был таким неподдельным, что доктор Мендель усмехнулся. Был он одним из старожилов, из первой марсианской тысячи.
Сам он по профессии был хирург, но нехватка специалистов на Марсе заставила Менделя освоить и другие специальности. Лазаря Григорьевича побаивались за его твердость и жесткость позиции, при необходимости он любого мог уложить в маленький стационар Биоцентра на нужный срок и никаких ссылок больного на обязательность личного присутствия при проводимых работах или исследованиях не принимал. "Больной отстраняется от работы на время, - безапелляционно говорил он, - покойник же, к сожалению, - навсегда".