– Что за чушь, – чуть слышно сказал Пайк. – Уже две недели, как всё это…

– Тс, – в страхе прошептала Вина. – Ты был здесь – ты знаешь, что он сделает с нами.

– Это всего лишь дурацкая галлюцинация.

Воин снова грозно взревел, и по всей крепости прокатилось эхо. Он явно пока не заметил их.

– Не имеет значения, как ты это называешь, – снова зашептала Вина. – Важно, что ты почувствуешь каждый миг. Что бы ни случилось, ты будешь чувствовать это. И я тоже.

Калар медленно двинулся в их сторону. Либо действительно напуганная, либо желая заставить Пайка поверить в реальность происходящего, Вина сорвалась с места и кинулась вверх по лестнице, ведущей на зубчатую стену. Калар заметил её тотчас; Пайку ничего не оставалось, как последовать за девушкой.

Стена тоже оказалась усеяна обломками оружия. Вина уже держала лёгкое копьё, похожее на дротик. Пайк отыскал щит и не сломанный меч. В тот миг, когда он выпрямлялся, девушка оттолкнула его. Огромный камень с силой ударился в стену в нескольких дюймах от него и раскололся на куски; ударом обломка Пайка сбило с ног.

Боль была самой что ни на есть реальной. Он поднёс руку ко лбу и обнаружил, что лоб кровоточит. Внизу калар поднял новый камень из груды рядом с катапультой.

Пока Пайк, цепляясь за стену, поднимался на ноги, Вина метнула копьё, но сделала это неумело, да и силы у неё было недостаточно, чтобы добросить с такого расстояния. Калар тотчас оставил камень и кинулся вверх по лестнице.

Первый же удар дубины едва не выбил щит у Пайка из рук. Его собственный меч отскочил от кирасы калара, не причинив тому вреда, сам же он под вражеским натиском вынужден был отступить.

Послышалось короткое гудение. Взревев от боли, воин повернулся на месте, и Пайк увидел, что из спины у него торчит стрела. Вина нашла арбалет и зарядила его, а промахнуться с такого расстояния было просто невозможно.