— Твоя уверенность в том, что у нас будут общие потомки, имеет под собой какие-то солидные основания? — спросила Милочка с милой наивностью, подкреплённой очаровательным взмахом только что восстановивших идеальную форму и оттенок ресниц. Которая наивность, тем не менее, не могла никого провести: Филиппа А. Капралова, эсквайра, вновь решительно ставили на место.

— Хочется надеяться… — осторожно выговорил я.

— Ого! Я могу расценивать эти слова как предложение руки и сердца?

— Н-ну, — замялся я, судорожно соображая, как бы выпутаться из щекотливой ситуации с наименьшим уроном для собственной свободы. — Ну-у… О, гляди, мы приехали!…

Милочка удостоила меня взглядом, который нёс столько неприкрытого ехидства, что не будь в нем ещё и доброжелательности взрослого по отношению к слишком явно хитрящему ребенку, я бы тут же провалился сквозь сидение. А возможно, и сквозь пол вдобавок.

Возле Милочкиного дома прогуливался папа Фердинанд с крепким «кавказцем» на смехотворно тонком поводочке. Папа (я узнал его по неподдельно радостному восклицанию моей спутницы) выглядел лет на сорок, вряд ли много больше, был молодцевато усат, по-мужски красив, а шириной мог бы поспорить с платяным шкафом. У «кавказца» напрочь отсутствовал обязательный по правилам выгула собак намордник… как, впрочем, отсутствовало и благодушное выражение физиономии у его поводыря.

— Если я вылезу из машины, они меня немедля растерзают, — скорее с уверенной, нежели с вопросительной интонацией молвил я.

— Да, папуля мужчина строгий, — заметила Милочка не без законной дочерней гордости за горячо любимого родителя. — Чтобы не сказать — суровый. Двадцать лет армейской службы, это тебе не шуточки! Да и военная специальность у него соответствующая. Парашютист-десантник. Элитный, заметь, не хухры-мухры: последняя кадровая должность — командир ДШБ, гвардии подполковник! Сейчас, правда, он в запасе… но продолжает заниматься нужным государству делом. Преподаёт губернскому ОМОНу рукопашный бой в замкнутом пространстве и при неблагоприятном расположении окружающих предметов. Ну, знаешь, — лифты, салоны автомобилей, городские малогабаритные квартиры, вода по грудь и тому подобное.