Он встретил меня громким хохотом, как будто бы мое появление на судне в качестве третьего помощника - это какая-то небывалая шутка. Между нами было десять лет разницы, и он, должно быть, помнил меня в детском передничке. Я был четырехлетним малышом, когда он впервые ушел в море. Я и не знал, что он может вести себя так шумно.
- Вот теперь посмотрим, из какого теста ты сделан! - воскликнул мой брат. Он схватил меня за плечи, ткнул кулаком под ребра и повалил на свою койку. Сядь, Нед. Я рад, что ты будешь у меня под рукой. Я наведу на тебя последний лоск, мой юный офицер, если, конечно, увижу, что ты того стоишь. И прежде всего усвой и запомни вот что: в этом плаванье мы не позволим Зверюге никого убить. Положим конец ее злодействам.
Брат говорил вполне серьезно - и о "Семье Эпс", и о том, что нам придется все время быть начеку, чтобы она со своими дьявольскими выходками не застала нас врасплох. Он прочел мне целую лекцию об особых методах кораблевождения, подходящих для этого судна. А потом изменил тон и принялся без устали молоть всяческую уморительную, веселую чушь, и мы с ним хохотали, я чуть не лопнул от смеха. Замечаю, что он что-то уж слишком развеселился, больше обычного, и явно не из-за моего приезда, до такой степени мой приезд его обрадовать не мог. Но у меня и в мыслях не было спрашивать, в чем дело. Я, как полагалось, со всем надлежащим почтением относился к старшему брату. Впрочем, дня через два и так все разрешилось: оказывается, с нами в плаванье идет Мэгги Колчестер.