После того, как Мелькор разбил фонари, жизнь в Средиземье стала мрачной. Свет деревьев туда не доставал, и под покровом темноты там бродили диплодоки и тиранозавры. Мелькору же это было только на руку, и, собрав компанию бичей, он построил себе новую базу «Ангбанд», а начальником поставил некоего Саурона, который был немало польщен тем, что он, майяр, занимает теперь полковничью должность.

В Валиноре же Яванна продолжала свои подстрекательские выступления против Мелькора, напирая на волю Илюватора и играя на самолюбии Манве. Тулкас со смехом ее поддержал:

– Нет! То есть да! То есть я ему таких наваляю! Отщепенцу…

Но войны не получилось. Опять всплыло какое-то предрешение, и в результате Мелькора пока оставили в покое, а Варда направилась зажигать новые и сверхновые звезды – до сих пор в наблюдаемой вселенной были только красные и желтые карлики, и небосвод был слишком унылым. Заодно Варда составляла новые созвездия, и лишь врожденная интеллигентность удержала ее от соблазна написать по небу что-нибудь нехорошее про Мелькора. Вместо этого высоко на севере она поместила корону из семи огромных звезд – Валакирку, знак того, что когда-нибудь Мелькор и киркой получит.

И вот настал час, когда в Средиземье появились первые эльфы. Когда они продрали заспанные глаза, то сначала они увидели звезды, а уж потом все остальное, и с тех пор эльфы полюбили звездный свет. Отсюда можно сделать вывод, что они все, как один, спали на спине. Подумать только! Лежали бы эльфы на боку, и тогда они на всю жизнь полюбили бы что-то другое, и все пошло бы наперекосяк. От чего только не зависят судьбы мира!