Так что все было готово для прихода Детей Илюватора. Как дальновидный деятель, Илюватор выдал валарам при отправке отнюдь не всю проектную документацию, и лишь потом сделал заявление:
«Смотрите! Я возлюбил эту землю, ибо станет она домом для Квенди и Атани. Квенди будут и собой хороши, и работать горазды, и песни петь. Но чтобы они не зарывались, пусть их судьба будет предопределена в нашей музыке – помните ? А вот Атани будут вроде как сами по себе, хотя в конечном счете тоже окажется, что и они работают исключительно на мои задумки. Но самостоятельность – вещь опасная, и поэтому в качестве великого блага я вмонтировал в них самоликвидатор. Только не надо делать такие кислые лица – я сказал „благо“, значит, благо. Или кто хочет спорить?»
Спорить хотел один Мелькор, но с ним Илюватор не разговаривал принципиально, и получилось, что спорить не хочет никто.
Об Ауле и Яванне
(а точнее – о гномах)
Рассказывают, что своим возникновением гномы обязаны Ауле. Ему по горло надоело постоянно ходить в подчиненных у Эру, и очень хотелось самому стать для кого-нибудь отцом народов, мудрым вождем и учителем. И создал Ауле в своей секретной лаборатории гномов – неладно скроенных, да крепко сшитых. Но Илюватор об этом узнал – верховный бог все же, не хрен собачий – и вызвал Ауле на ковер. Начало разговора не предвещало ничего хорошего: «Ты пошто, дурень, не за свое дело взялся сотворил тебя, я буду творить и других, а ты не замай. Посмотри на своих уродцев – это ведь куклы, тобою же управляемые. Я б такое сделал – с позору удавился.» Тогда Ауле ответил: «Вы совершенно правы, шеф. Действительно, без Вашего чуткого руководства эта работа была обречена на неудачу. Я готов при вас уничтожить эти дефектные образцы, а расходы покрыть из своей зарплаты.» И с этими словами Ауле навел на клетку с гномами трехдюймовую пушку.