– Вынужден всех разочаровать, – сказал инструктор. – Операция отменяется. Вы свободны.

– В нашей стране все свободны, – сухо ответил командир спецназа. – Кроме тех, кто совершил противоправные действия. Ты мне лучше скажи – мы что, зря сюда по такой жаре перлись?

– Зря, – сказал Георг. – Так твою растак.

– Зря ты так, – сказал командир.

Бойцы уехали молча. Это было очень дисциплинированное подразделение. Остальные чрезвычайные службы недисциплинированно, но слаженно обругали Георга и сердито отбыли.

– Зачем вы их отпустили? – спросила Мари, когда они с инструктором остались одни.

– А зачем они здесь? Нашумят, натопчут, квартиру разворотят. Еще ребенка напугают.

– А как же… объект?

– Объект – самый обыкновенный Кококлокль, тривиальный случай. Мы его сами возьмем. План такой. Пункт раз. Входим, я кладу Кококлокля в мешок, уходим.

– А пункт два?

– Это план из одного пункта. Я же говорю, тривиальный случай.

– А мне что надо делать?

– Смотри, учись. Сейчас ты увидишь образцово-показательный захват.

Когда щелканье прекращается, Элен осторожно выходит в коридор. Там она долго стоит, настороженно прислушиваясь, потом толкает дверь в комнату и вздрагивает. На диване кто-то сидит. Через секунду девочка узнает своего плюшевого слона. Она смотрит на сервант – на полке только ваза с конфетами.

Элен опрометью бросается к дивану, и лишь забравшись на него с ногами и обхватив слона, оглядывается по сторонам. Никого.

На часах большая стрелка вверху, маленькая – в двух делениях от низа.

Элен смотрит на часы, шевелит губами, поворачивается к серванту.

На полке стоит трехголовый петух. Он разглядывает девочку, склоняя головы то вправо, то влево. Потом запускает лапу в вазу, вытаскивает конфету и – прыгает с полки! Приземляется на спинку кресла, метрах в двух от дивана. Становится на одну ногу, вторую, с конфетой, поднимает.