– Так сильно перенапрягся, пока пять тысяч человек по тюрьмам распихивал?

– Фергана! Прекрати! Никого я никуда не распихивал! Если ты не представляешь, в чем конкретно заключалась моя работа, хотя бы промолчи, не говори глупостей! Так вот. Заплывал я по утрам довольно далеко, однажды даже обогнул ближайший мыс, хотелось посмотреть, какой вид открывается за ним. Вид открылся прекрасный: округлая зеленая гора, не тронутая цивилизацией и вдруг… совершенно неожиданно: большой белый особняк, расположенный чуть повыше подножья. Это не могло не удивить, в районе Синетории запрещено любое частное строительство. Вечером я как обычно пошел в свой бар, но он, к сожалению, оказался переполнен, пришлось садиться за стойку.

– А просто уйти, не напившись, конечно же, было никак нельзя, – проворчал Фергана, но Лагин предпочел пропустить это мимо ушей.

– Сидел я спиной к залу, поэтому не видел, кто входил, кто выходил, да и не было мне это интересно. Разглядывать бармена тоже не особо хотелось, поэтому я разглядывал свой стакан и старался ни о чем не думать, полностью отключить мозги. И вдруг за моей спиной раздался чей-то пьяный рёв: «Эй, наёмник! Иди сюда! Сюда подойди, наёмник!» У меня даже в голове не мелькнуло, что это может быть адресовано мне, но тут, протиравший стойку бармен, чуть склонился к моему уху и произнес: «Похоже, это к вам обращаются, – и добавил: – Я бы поостерегся с ним связываться, это так, бесплатный совет». Я обернулся и увидел за одним из центральных столов, заставленным всевозможными тарелками и бутылками, мужчину средних лет в компании четырех девушек. Довольно смуглый, с растрепанными черными кудрями до плеч, с крупными чертами лица и огромными (я таких раньше не встречал) глазами. Маслянисто-черные они горели каким-то безумным огнем и настолько ярким, что это даже завораживало.