Согласно одному сценарию, он высокомощный искусственный интеллект, вживленный в матрицу из плоти и крови. Тело когда-то принадлежало главе одного культа, лет тридцать назад его убили федералы. Во время психиатрического обследования доктор Будь-Здрав сделала ему инъекцию «Тиресия». Также в него были запущены три психозонда. Один был уничтожен при внедрении, от остальных двух пока ни слуху ни духу. Эти неавторизованные действия заставляют усомниться в лояльности самого доктора Будь-Здрав. Возможно, он был взломан или заражен каким-то вирусом. Проблему с диагностикой Аудитории и устранение неполадок в них обоих оставим на потом. Главное в другом: вполне вероятно, что наша система была взломана. Нам придется прибегнуть к процедурам изоляции при любых наших операциях. Во-вторых, необходимо решить, что делать с Чистотцом. Укрывая его, мы, возможно, подвергаем себя риску нападения извне. Но даже если мы избавимся от него, он все равно остается психической бомбой замедленного действия, причем часовой механизм уже запущен. Я считаю, что, как бы нам ни хотелось ему помочь, мы не в состоянии так рисковать. Я проконсультировалась у ИИИ-Цзинов, и их совет это подтверждает.

— Что они сказали? — поинтересовался доктор Квайл, бывший заведующий отделением неврологии в нью-йоркской больнице «Бельвью».

— Цена, которую платит за подвижность стрекоза, в неспособности свернуть крылья.

— Убедительно, — согласился Частота.

— Но это решение слишком важно, и высказаться должны все, поэтому пойдем по кругу, начиная с тебя, Хеймдаль.

Хеймдаль потянулся дернуть себя за мочку уха, потом вспомнил, что у него ее нет.

— Мне бы хотелось, чтобы он остался. Если бы удалось это обуздать… Только представьте, сколько мы выиграем!

Арета кивнула Частоте, ирокез которого завибрировал как антенна.

— Излучение чересчур велико. Слишком опасно.

— Неприятно, но вынужден согласиться, — качнул тяжелой головой Ищейка. — Мы в ответе перед тем, что уже сделано.