- К вам человек из города, отец Антонио.

В проеме двери, сквозь раздвинутую бамбуковую занавесь, на пастора глядела широкая улыбающаяся физиономия Чико.

- Пригласи его сюда, мой мальчик.

Пастор осторожно опустил на дощатый пол извивающуюся серебристую ленту, которую держал двумя пальцами за плоскую треугольную голову. Змея скрылась в одной из трещин между неплотно подогнанными досками пола.

- Все отдала? - Чико прищурился, приглядываясь к фаянсовому блюдечку на столе.

- На этот раз все. - Пастор аккуратно отодвинул блюдечко от края стола и прикрыл стеклом.

- Еще принести?

- Попозже. Я скажу. А теперь позови того сеньора из города.

- Он не сеньор, отец Антонио…

Голова Чико исчезла, стебли бамбука сомкнулись, заслонив дверной проем. Послышался удаляющийся топот босых ног и звонкий голосок Чико, обращенный к кому-то на центральной площадке селения:

- Сюда, это сюда… Отец Антонио ждет…

Шаги у входа, шепот Чико, потом деликатный стук в дощатую стенку возле двери.

- Да-да, входите, пожалуйста. - Пастор поднялся из-за стола. Бамбуковый занавес раздвинулся, пропуская гостя - невысокого

коренастого человека в светлых шортах и голубой безрукавке с большой репортерской сумкой через плечо. Из-за плеча посетителя выглядывала настороженная мордочка Чико.

- Мне надо видеть пастора Нуньеса, - сказал, наклонив голову, человек в шортах и бросил вопросительный взгляд на вошедшего следом Чико.

- Я - Антонио Нуньес. - Пастор протянул руку.

- О-о, - гость пытался скрыть удивление, - так вы и есть пастор… Извините, но я думал… Меня зовут Тун Читапактль, я журналист - корреспондент центральной газеты штата.

- Вы, вероятно, думали увидеть благообразного седого старца в черной сутане, - улыбнулся пастор, пожимая руку гостя, - а вас встречает худой длинноногий парень с копной рыжих волос, в потертых джинсах и сандалиях на босу ногу, к тому же небритый… Просто мы с ним, - пастор указал на Чико, присевшего на пол у двери, - не ждали сегодня гостей.