– Сигай за мной, Белян! – Сивел прыгнул на палубу последнего отплывающего судна.

Белян помешкал, выбирая траекторию, тоже прыгнул – удачно. На ногах не удержался, но попал. Сивел уже стоял за бортом и прикрывал щитом человека, уцепившегося за край борта судорожными руками.

– Помогай, братка! – стонал Сивел, еле удерживая срывающегося в воду мелкого человечка.

Белян вскочил и выхватил барахтающегося мужичка. Чужое копье глухо звякнуло о щит и поникло к воде, не пройдя насквозь. Еще кто-то прыгнул к ним, но расстояние уже слишком велико, и несчастный сорвался в черные воды Волхова.

Толпа бесновалась на пристани, добивая последних бунтовщиков, и швыряла копья и камни в удаляющуюся лодью. Вдоль бортов выстроились люди со щитами и прикрывали гребцов, которые спешили увести судно на середину реки.

– Неужто спаслись, братка? – прохрипел Сивел, опускаясь на палубу в изнеможении.

– Кто его знает, братка! Зато дело наше не удалось спасти.

– Видать, волхвы наши богам не угодили. Крыж, значит, сильнее был.

Лодья выгребла на середину, стрежень подхватил ее. Гребцы перестали грести. Слюдяные фонари слабо выхватывали отдельные места палубы да товар, где попало сваленный в беспорядке.

– Однако это, никак, варяжская лодья, – отметил Сивел, чуть придя в себя.

– Так оно и есть, – Белян оглянулся по сторонам, – так оно и есть.

– Может, знакомца здесь встретим?

– Уже. Вон, смотри, вроде Олавка топчется. Зови его, мы с ним хорошо знакомы.

– Эй, Олавка, ходи сюда!

Кряжистый пожилой варяг в рогатом шлеме вразвалку подошел, ухмыльнулся в светлые усы:

– О, Сив! А я тебя не сразу признал. Хорош викинг. Рад тебя видеть у меня на судне.

– И я рад, Олавка! А это мой братка, Белян. Вот третьего не знаю. Как кличут тебя? – спросил Сивел у спасенного из воды мелкого мужичка, понуро сидящего на корточках.