- Вас Юля зовут? - спросил он.

- Юка, - машинально поправила я и сразу добавила: - То есть Юля, а Юка - так меня зовут… некоторые…

- К числу которых я, понятно, не допущен, - улыбнулся он. - А меня зовут Станиславом. Некоторые называют Станиславом Никоновичем. Для иных я Стан - не Слава, терпеть не могу, когда меня называют Славой, я же не капээсэс, чтобы…

Я не собиралась называть его ни Славой, ни Станом и вообще никак. Я собиралась выпить кофе и уйти. Вообще-то я хотела уйти прямо сейчас, но было неудобно: пришла, села и вдруг…

Он заказал по большой чашке «эспрессо» и: «Вы не против, Юля?..» - каждому по фирменной плюшке.

- Знаете, Юля, - он вошел в разговор осторожно, как входят в холодную воду осеннего моря, - вы можете подумать, что я… что эти вещи мне просто не нужны. Действительно, зачем одинокому пожилому мужчине серебряные ложки и сервиз, из которого не пили уже лет сто…

- К вам никто не приходит в гости? - вырвалось у меня. Я часто задаю вопросы, не подумав, правда, почти всегда потом оказывается, что попадаю в точку, но, видимо, не в этот раз.

- Ко мне? - удивился он так, будто я спросила, приходила ли к нему в гости статуя Командора. - Бывшие коллеги, да. Я по специальности физик. Был, если говорить точно. Мы спорим. Есть много такого, что мы не успели обсудить… Впрочем, вам это не интересно.

Он откинулся на спинку стула, чтобы дать возможность официантке переставить с подноса на стол чашки с кофе (какой аромат, даже пить не надо, только сидеть и вдыхать) и тарелочки с плюшками.

- Интересно, - сказала я. - Я встречала вас на лестнице и думала: наверное, ученый.

- Значит, вы меня все-таки узнали, - пробормотал он. - Тогда… - он помолчал, принимая, видимо, какое-то решение, и, чтобы ускорить мыслительный процесс, отпил из чашки и откусил от плюшки; ни то, ни другое не произвело на него впечатления, он просто отпил и просто откусил, думая совершенно о другом, а когда решение было наконец принято, поставил чашку на блюдце, плюшку положил на стол - не на тарелочку, а мимо - и спросил: