Никто не выказал удивления неожиданным отзывом Конструктора. Рано или поздно ему все равно пришлось бы объясняться: Колония требовала решения и знала, что ответ будет, а раз сам Конструктор являлся членом Совета, то и ответ он должен сначала держать перед Советом.

Первым, как и ожидал Конструктор, заговорил Бар.

- Конструктор, - без приветствия и предисловий, будто продолжая давно начатую беседу, сухо проронил он куда-то вниз, - мы преклоняемся перед твоими заслугами и безоговорочно признаем тебя самым талантливым из всех твоих предшественников. В этом нас поддерживают все колонисты, с этим согласна и Машина...

Переполненная собственным достоинством троица церемонно качнула головами, как бы этим жестом удостоверяя слова Бара. Будто им пришла команда на поклон... Конструктор сдержанно улыбнулся наивной наигранности этой сцены: он понимал, что этим троим принципиально безразлична судьба его новой модели, она никаким боком не касалась их клонов, а вид всепонимания - это всего лишь игра в Совет.

Заметив улыбку Конструктора, Бар повысил голос:

- Но ты не защищен от заблуждений, даже при всех твоих достоинствах, и потому мы считаем, - он поднял голову и прямо посмотрел на Конструктора, - мы настаиваем, чтобы ты прекратил опыты с твоей последней моделью, твоим новым Оранжевым.

Бар подчеркнуто произнес последние слова, как бы тем самым отделяя себя от Конструктора и его модели.

- Поведение Оранжевого раздражает колонистов, - продолжал Бар. - В Совет поступило множество заявлений и просьб изолировать его от общества. Особенно много их поступило в последнее время, когда ты прятался от нас в лаборатории. Впрочем, о жалобах ты и сам прекрасно осведомлен как член Совета. Но тебе еще неизвестно, что сейчас большинство колонистов и мы считаем Оранжевого опасным для окружающих. - Уловив маленькую паузу в речи Бара, троица враз согласно кивнула. К тому же, - многозначительно добавил Бар, - заключение Машины гласит...