Конструктор спокойно принял выпад Бара о том, кто и от кого прятался, но упоминание о Машине возмутило его.

- Я тоже член Совета, - решительно остановил Бара Конструктор, правда, откровенно играя на эффект, - и без моего заключения ваше решение, пусть даже подкрепленное мнение Машины, будет несостоятельным. Или вы считаете заключение Машины вернее моего?!

- Нас большинство, - вставил Бар. - И даже без Машины большинство. Ты не подчиняешься мнению большинства? - с иронией спросил он.

- Я? - в тон ему переспросил Конструктор. - Какому же большинству я должен подчиняться, твоему? - Бар хотел что-то возразить, но Конструктор Опередил его: - Кто дал вам право на суд?! - резко проговорил он. - Кто?..

Герий вздрогнул - головоломка выпала из его рук, - и, весь подобравшись, он вскинул голову, с испугом посмотрел на Конструктора.

Похоже, он принимал это собрание Совета за простой фарс, но ни в коей мере не за судилище. А сейчас Конструктор будто вскрыл для него какой-то новый смысл.

Только секунду помедлил Бар.

- Ты дал нам право на суд, - вдруг жестко выговорил он. - Ты сам, Конструктор, и твоя старость! - Герий сделал рукой протестующий жест, но Бар словно не заметил этого и продолжал: - Никто и никогда еще в Колонии не жил столько, сколько прожил ты. Ты сознательно нарушил регламент продолжительности своей жизни, не имея на это никаких прав...

И этот выпад Конструктор принял с достоинством. Конечно, это сверхцинизм, когда тебе напоминают от твоей задержке в этом мире. Словно напоминание только и служит для того, чтобы дать тебе вовремя понять о наступлении той роковой поры, когда нужно уступить свое место более решительным.

Да, он нарушил регламент жизни. Но пошел на это не ради собственной выгоды и не из пресловутого цепляния за жизнь, которой он не дорожил с самого рождения, а во имя истины, как бы громко это ни звучало, истины, которая другими, может быть, утеряна или не найдена никогда.