На свет вышел воин в ерихонкеvii и бахтерцеviii с длинной кольчужной юбкой, с висящими на ремне кривым длинным ятаганомix и шестоперомx, и обутый в красные сафьяновые сапоги5. Михаил Немеровский, хозяин небольшой строительной фирмы, не имел возможности регулярно посещать тренировки, зато вполне мог позволить себе заказать совершенно аутентичный доспех, вооружение, сапоги, единственный в дружине имел официальное разрешение на ношение всей этой красоты, а кроме того - имел массу знакомых в самых неожиданных местах и организациях. В большинстве случаев именно он находил способы сделать игры и фестивали если не доходными, то по крайней мере не убыточными, получал всякие разрешения и заботился о множестве важных мелочей, без которых фестивалю не выжить. - Это что за ужас такой, Миш? - указал Росин на рекламные плакаты, перед которыми начали вырастать купола синих, оранжевых и желтых палаток. - Это "Тархун", мастер, - ничуть не смутился Немеровский. - Помимо этих плакатов мы с них имеем три мешка пшенки, мешок гречи и пять мешков риса, ящик масла и два ящика тушенки для полевой кухни, оплату аренды совхозного луга, гарантии для кировской администрации и целый грузовик упаковок с бутылками. Они за палаткой мастеров сложены. Надо, кстати, лимонад ливонцам и индейцам раздать: я обещал, что когда туристы приедут или телевизионщики, все будут пить только эту зеленую жидкость. Иначе неустойку платить придется. - Ладно, раздадим, - согласился Росин. Похоже, зеленые плакаты у воды уже окупили все затраты на фестиваль. Ради этого можно и травяную настойку пососать. - Военные две палатки дали, - продолжил свой отчет ратник. - В одну я нам пару раскладушек поставил, а вторую вам под штаб отдам. Надо только пластырь медицинский со всех аптечек стрясти и буквы наклеить. Еще полевую кухню привезли, на три дня. Потом отдать придется. - А солдат не дали? - Нет, не дали, - разочарованно развел руками Немеровский. - Самим, говорят, не хватает.