В нескольких метрах они остановились и угрожающе смотрели на меня.

- Что _в_а_м_ нужно? - спросил я.

Один из них - черноволосый, с бледным лицом и в очках в золотой оправе - показал наманикюренным указательным пальцем на "Ламуан". - Это одна из наших машин, - установил он, как будто ожидал объяснения.

- Вы могли бы нас убить, сумасшедший, - брякнул другой, что я счел типичной и более приятной для меня реакцией.

- В самом деле? - сказал я обоим.

- Это тот самый пилот, - заметил второй. Это был образцовый экземпляр второсортного интеллектуала Нью Александрии. Подчиненный. Поденщик. У него была светло-коричневая кожа и болезненные черты лица. Я не смог бы отличить его от Адама, но так как на всей планете и особенно в Коринфе я пользовался дурной славой, меня радовало быть узнаваемым массой туземцев.

- Меня зовут, - объяснил я струящимся от презрения голосом, Грейнджер.

- Мы хотели бы только доставить девушку назад, - пролепетал бледный.

- Назад - это куда?

- В колонию.

- Он ничего не знает о колонии, - вмешался другой.

Мужчина в очках разозлился. - Ну так объясните ему, если вы такие друзья.

- Я не знаю, какое это произведет на вас впечатление, - начал тот, что узнал меня, - но мы не хотим ничего плохого этой девушке.

Я повернулся к девушке. - А что скажете _в_ы_?

Она все еще сидела, скорчившись, на земле, не делая попыток подняться, но ее взгляд порхал между двумя нью-александрийцами и мной. По ее лицу я не мог ничего понять, так как лица других рас почти всегда непроницаемы, безразлично, насколько человеческими они ни казались бы. Чтобы научиться понимать их, нужно много времени.