В первую очередь в пещеру должен был отступить "штаб" майора вместе с парой ящиков оборудования. Пещера проникала в глубину скалы за полкой метров на двадцать; пространство переброски — шар радиусом в два с половиной метра, проекцией которого на каменное основание был круг того же диаметра, отличающийся более светлым окрасом, поскольку количество предыдущих перебросок было непарным — размещалось точно посредине грота, чтобы избежать, в результате случайных отклонений, возможности, чтобы какой-нибудь несчастный влепился в стену. Начиная с тридцати пяти минут восьмого, каждые полминуты, Катапульта, расположенная в одной и той же точке на Земле Сталина, производила очередные переброски.

После приказа Круэта рядовой Лоон побежал вглубь пещеры, взял заранее приготовленный на пластиковой табличке распорядок возвращения (обозначенный символом "А-1", существовала целая дюжина вариантов), подождал, пока песчаный круг не исчезнет, положил табличку на поле переброски и быстренько отскочил — рядовой Лоон боялся Катапульт. Потом он же дал знак уже приготовившимся техникам; те подошли, а он расставил их возле круга, чтобы те могли войти в поле максимально быстро — такова была процедура.

Снова материализовался песок, расписание исчезло. Лоон отметил время; через минуту с момента появления подтверждения начнется серия переносов — по одному каждые девяносто секунд.

И снова — песчаный круг исчез, вернулся камень, на котором стояла зеленая пирамида.

— О'кей, пошли, — скомандовал Лоон, и техники со своим электронным ломом вступили в поле Катапульты.

То же самое происходило в подобных точках переброски на северном склоне и западном перевале.

Майор Круэт, стоя возле входа в пещеру, следил за четким выводом дружин картерийцев из ущелья. Эти знаменитые солдаты в своем полном облачении практически не походили на людей, разве что числом конечностей и общими очертаниями фигуры.