весна, точно так же, как индейское лето - ложное лето. Моя

бабушка говорила: земляничная весна - признак того, что зима

еще покажет себя. И чем дольше она длится, тем сильнее

вдарит мороз, тем больше выпадет снега.

- Сказки все это. Нельзя верить ни слову,- я пристально смотрел на него.- Но я нервничаю. А ты?

Он снисходительно усмехнулся, стрельнул сигарету из вскрытой пачки, что лежала на подоконнике.

- Я подозреваю всех, кроме себя и тебя,- усмешка завяла.- А иногда возникают сомнения и в отношении тебя. Не хочешь пойти поиграть в кегли. Готов поставить десятку.

- На следующей неделе контрольная по тригонометрии.

Надо позаниматься, иначе не напишу.

Однако, и после того, как он ушел, я долго смотрел в окно. И даже раскрыв книжку не мог полностью сосредоточиться на синусах и косинусах. Какаято часть меня бродила во тьме, где затаилось зло.

В тот вечер убили Адель Паркинс. Шесть полицейских машин и семнадцать выдающих себя за студентов детективов (среди них восемь женщин, прибывших из Бостона) патрулировали кампус. Но Попрыгунчик Джек, тем не менее, сумел ее убить, развеяв последние сомнения в том, что он - один из нас. Фальшивая весна, ложная весна, помогала ему, укрывала его. Он убил Адель и оставил в ее "додже" выпуска 1964 года. Там девушку и нашли следующим утром. Часть на переднем сидении, часть - на заднем, остальное - в багажнике. А на ветровом стекле он написал ее кровью (это уже факт - не слухи) два слова: ХА! ХА!

В кампусе у всех слегка поехала крыша: мы знали и не знали Адель Паркинс, одну из тех незаметных, но шустрых женщин, без устали сновавших взадвперед по "Зубриле" от шести до одиннадцати вечера, обслуживая охочих до гамбургеров студентов. Должно быть, только в три последних туманных вечера она смогла хоть немного перевести дух: комендантский час соблюдался неукоснительно, и после девяти в "Зубрилу" заглядывали только копы да технический персонал колледжа. Последние пребывали в превосходном настроении: студенты не докучали им по вечерам.