Перебравшая шампанского Адела всю дорогу спала, как младенец, а я, поразмышляв некоторое время над странными обстоятельствами смерти Чиана Бенвитуна, с грустью пришла к заключению, что так никогда и не узнаю, из-за чего выпустили кишки балийскому ювелиру, и кто именно за нами следил. Это было обидно — но ничего не поделаешь. Мои индонезийские приключения закончились. Вот если бы это произошло в Москве, тогда… Здравый смысл подсказывал, что и в этом случае стоило бы держаться подальше от этого дела. Излишнее любопытство нередко приводит к весьма неприятным последствиям.

Я вздохнула, решив впредь не ломать голову над неразрешимыми загадками, и, приняв это разумное решение, уснула.

— Подожди! Ты останешься здесь. Дальше я пойду одна, — решительно заявила Адела у дверей таможенного контроля.

— То есть, как это я останусь здесь? — удивилась я. — Ты что, предлагаешь мне навеки поселиться в аэропорту? Боюсь, что таможенники отнесётся к этому без особого энтузиазма.

— Ты не понимаешь! — покачала головой Адела. — Меня же встречает Бобчик! Что он подумает, увидев нас вместе? Он не должен знать, что ты была со мной в Индонезии!

— И долго мне тут торчать?

— Минут двадцать, не больше. Чтобы с гарантией.

— Ладно, — вздохнула я. — Иди, ищи своего благоверного. Кстати, Бобчик пригласил меня завтра к вам в гости к двенадцати.

— Отлично! — обрадовалась Адела. — Приходи! Я тебе такое расскажу — закачаешься!

— Что ты имеешь в виду?

— Как что? Естественно, мои балийские приключения.

— Выходит, я ещё не всё знаю? — удивилась я. — Ты имеешь в виду, что не ограничилась одним убийством?

— Ты ещё многого не знаешь, — многозначительно подмигнула мне Адела, и, подхватив свой чемодан, бодро зашагала к "зелёному коридору".