— Ой, да погоди ты, Эмиль, успеешь! Тут по делу тетя пришла, а ты лезешь! Ну хорошо, на вот тебе конфеты, наказанье божье! Только не мешайся, иди в игрушки свои играй.

Потом она засуетилась, приглашая гостью в дом:

— Да вы проходите, проходите. Только у нас не убрано тут, вы уж извините, мы гостей-то не ждали. И не разувайтесь, а то я сегодня не подметала. С ним разве чего сделаешь? — кивнула она на мальчика, который с удовольствием уже засунул в рот две конфеты и теперь наслаждался их вкусом, не слушая свою бабушку.

Словом, перед Ларисой началась обычная суета, свойственная простым людям, когда они принимают в доме «приличного человека».

Когда женщины прошли в большую комнату и присели за стол, а мальчик с легкими шлепками по попке был отправлен в спальню, Мария Ильинична, положив локти на выцветшую клеенку, со вздохом сказала уже гораздо серьезнее:

— Я просто уверена, что мою дочь убил этот негодяй — муж ее Ариф. Сколько горюшка она с ним, проклятым, хлебнула! А уж как я против свадьбы была! Не послушала она мать-то родную, господи! — И Белова запричитала так, что ребенок тоже начал хныкать в соседней комнате.

— А ты чего плачешь, Эмильчик?! — тут же кинулась она успокаивать внучка. — Беги, беги, играй! Это бабуля просто так плачет, от радости.

Ребенок, высунувший было свою мордашку в дверь, убежал обратно. А Мария Ильинична, подперев ладонью подбородок, спросила:

— Ну, что у вас там за вопросы?

— Прежде всего они касаются вашего зятя…

Лариса не успела закончить фразу, как Мария Ильинична перебила ее:

— Ой, я уж успела хорошенько изучить этого прохвоста! Вот уж прохвост так прохвост! Сволочь просто недобитая…

— Расскажите, пожалуйста, как вы познакомились, — не обращая внимания на слова Беловой, попросила Лариса. — Какое он произвел на вас впечатление?