– Какой ты все-таки отвратительный.

– Да! – прорычал Ник-Ник и похлопал себя по объемистому брюху, практически полностью скрывшему от любопытных глаз пряжку ремня. – Я мерзок, подруга! Не хочешь отдаться?

– Ты еще и идиот к тому же. Слушай, Ник-Ник, у меня есть один контракт. Ты ведь хочешь заработать?

Ник-Ник захрипел басом, что означало иронический смешок и, порывшись в карманах, отыскал несколько сигарных окурков. Выбрав один потолще, он воткнул его куда-то в заросли неопрятной щетины.

– Здесь нельзя курить.

Они стояли в одном из залов музея Артиллерии, перед севастопольской экспозицией.

– А мне плевать. Или ты на втором плане уже не дома?

– Какие мы крутые! – округлила глаза Александра.

С гораздо большим удовольствием она бы вела разговор сидя – не слишком приятно смотреть на собеседника снизу вверх, особенно если тебе от него что-нибудь нужно. Поневоле скатываешься в просительный тон, а этого с Ник-Ником никак нельзя себе позволить. Александра отвернулась, подошла к стенду.

– Слушай, крутой, у меня есть контракт и я готова им с тобой поделиться. Дело плевое.

– У тебя все дела плевые, – Ник-Ник закашлялся и по залу поплыл вонючий дым. – Но каждый раз, как я принимаю субконтракт от тебя, дело светит неприятностями. С кем ты связалась?

– С сильными мира сего, – пожала плечами Александра. – Какая тебе разница? Мои дела тебя не касаются.

– Ты все еще надеешься… – Ник-Ник подошел к ней сзади, зашептал в ухо. – Надеешься разобраться, да? Срисовываешь схемы из Архива. Про это все знают, и все смеются над бедной Алексой.

Александра закусила губу. Ну откуда этот подонок уже прознал о ее визите в Архив?!

– А что здесь горит?! – в зал сунулась служительница музея.

– Не мешай! – рыкнул Ник-Ник.

– Давай-ка не поднимать шума, – потребовала Александра. – Мои дела тебя не касаются, ясно? И к контракту они не имеют никакого отношения.