- Сам ты псих, - огрызнулся Тим, - я отвара "всесила" напился. Не мешай работать, - он стал в боксерскую стойку и принялся бить кулаками в дверь. Железо под его ударами стонало и хлюпало; обрывки металла, клепки, брызги смолы и осколки камней с визгом уносились прочь. Боня резво отбежал в сторонку, спрятался за повозку - стоять сейчас рядом с Тимом было попросту опасно для жизни.

- Ки-йя! - Тимыч неловко подпрыгнул и напоследок врезал ногой по решету, в которое превратилась дверь: останки железной преграды с хрустом лопнули. Глухо звякая, обломки двери осыпались мальчику под ноги.

- Вот так. - Тим отряхнул ладони. - Десять мужиков, с ломами... Скажет еще! Тут работы было-то на три минуты.

- Обалдеть можно. - Боня подошел к дверному проему, заглянул внутрь. Теперь я понимаю, почему балаганщики рецепт "кремень-травы" никому не открывают. Опасная, брат, штука - отварчик этот.

- Пошли? - Тим кивнул на черное отверстие хода.

- Момент. - Боня расстегнул тимкину сумку, достал из нее драконий стаканчик. - Надо Шута сюда затребовать. Он нам очень даже может понадобиться. Как специалист по замковым ходам-переходам.

Хозяйственный несколько раз позвал Каника. Не получив ответа, он заглянул в стаканчик, после молча передал его Тиму. Мальчик вгляделся в полумрак драконьей пещеры: на кресле возле камина стоял фанерный щит с наспех сделанной углем корявой надписью: "Полетел вместе с Шутом вам на подмогу. Скоро буду". Тимыч спрятал стаканчик в сумку.

- Разве Каник умеет летать? - удивленно спросил он Боню. - У него, как я помню, и крыльев-то нет.

Хозяйственный пожал плечами.

Тимыч перешагнул обломки, нырнул в душную темноту хода. Позади, чертыхаясь, шел Боня - он сослепу, не привыкнув к полумраку после яркого света, приложился лбом к каменной сосульке, свисавшей с потолка. Тимка остановился и огляделся: потолок пещеры сплошь порос такими сосульками, большими и маленькими.

- Эти штуковины называются сталактитами, - мальчик ткнул пальцем в потолочный рог, о который боднулся Хозяйственный.