Женщина окинула его равнодушным взглядом.

— Привет. Ведь вы, кажется, Крошка Эд?

— Верно, — с энтузиазмом откликнулся он. — Слышал вашу вечернюю программу в понедельник. Просто класс.

— Спасибо, Крошка Эд. Я здесь буду делать особую программу. А вы чем теперь занимаетесь? По-моему, я не встречала вас с тех пор, как вы помогали с рекламой в… как называлась та передача?

— Шоу «Час для избранных», — услужливо напомнил Эд, виляя хвостом от радости, что его узнали. — У меня теперь своя программа.

Мисс Мэлоун приподняла брови, изображая вежливый интерес.

— Правда? Как здорово. О, боюсь, что это мой этаж.

Когда она вышла, Эд озадаченно нахмурился. Потом лицо его прояснилось. Все понятно: она здесь инкогнито, чтобы не привлекать внимания поклонников.

Даже он не сразу ее узнал. Что ж, когда он будет так же популярен, как Мэри Мэлоун, может, и ему придется что-то изобрести, чтобы держать публику на расстоянии.

Эд брел по коридору к своему столу, размышляя о предстоящей передаче. Он получил письмо от какого-то свами или йога — как их там величают? которого можно раскрутить. Индийцев в его программе давно уже не было, их всегда принимают на ура. Они умеют себя подать. Тут Уандер заметил, что за столом Долли кто-то сидит. Наверное, девушка заболела. Вот незадача! Долли работала у него неполный день, поскольку постоянный секретарь программе не требовался. Она выполняла большинство нудной повседневной работы и помогала Эду с тех самых пор, когда Маллиген впервые дал добро на его потустороннюю программу.

Эд остановился у стола, собираясь поинтересоваться, кто эта новенькая, и вдруг закрыл рот, да так, что даже зубы лязгнули. Потом снова открыл и ошеломленно произнес: — Зачем, во имя Магомета-чудотворца, ты напялила на себя это жуткое платье?

— А чем оно тебе не угодило? — огрызнулась Долли.

— Ты в нем выглядишь как пастушка.