- Мне нравится твой саксофон...

- А я... Я тебе не нравлюсь?

- Да. Ты тоже мне нравишься...

- Esta bien hecho... Вот и отлично...

Если сейчас он приблизит ко мне свои обрамленные щетиной губы, придется треснуть его по башке русско-испанским разговорником. Конечно, бестиарий выглядит куда внушительнее, чем легкий, как перо, "RUSO-ESPANOL", и удар получился бы ощутимым, но продавать бестиарий мне нельзя, ни при каком раскладе...

- Можно тебя поцеловать? - Ангел выпустил дым прямо мне в лицо. Не очень-то вежливо с его стороны, не очень-то вежливо.

- Не думаю, что это хорошая идея...

- А мне она кажется вполне сносной.

- А мне - нет...

Интересно, сколько мы будем препираться прежде, чем Ангел решит, что пора переходить к более радикальным действиям?.. Но он по-прежнему курит свою марихуану и лениво разглядывает меня, ощупывает меня, снимает с меня кожу как какую-нибудь прогорклую кружевную комбинацию. Настоящий джазмен, нехотя торчащий на игле, как и все его великие, спрятанные в недрах саксофона...

- Может быть, нам попробовать втроем? - спрашивает он.

- Втроем?

- Ну да...

Эта идея, такая простая, что на нее и обижаться грех, застает меня врасплох. Заявленьице, м-да... Как раз в духе Динкиных акробатических этюдов на кухонных столах.

- Сам придумал или Динка надоумила? - не очень-то вежливо осведомляюсь я.

- Зачем? Это просто... предложение... не думаю, что она будет возражать.

- Она, может, и нет... А я...

- А ты?

- Отсоси у своего пса. - Чертова Динка, два года не прошли даром, теперь я понимаю это. Динка и Динкины штучки, которые я всегда так ненавидела, въелись в меня, как соль в ладони.

- Отсоси? - Ангел напрягается. - Что это значит?

- Отсоси - это значит отсоси. Сделай ему минет...

Проклятие.

- Что значит "минет"?

Очевидно, русская жена Пабло-Иманола была приличным человеком, ненормативную лексику не использовала, предпочитая дешевым матам цитаты из пионерских речевок и Афанасия Афанасьевича Фета.