– Следовательно, Деймона Гилберта вполне могли убить. Что вы об этом думаете?

– Никогда не занимаюсь вещами, не приносящими доход. Вот с Лейлой – совсем другое дело. Как-никак на кон поставлено десять тысяч. Тут уж я в лепешку разобьюсь.

– Хорошо. Мы выяснили, что многие люди имели повод расправиться с Гилбертом. Их можно даже понять. Но за что убили Лейлу? Чем она досадила всем этим людям?

– Увы, тут я пасую! – Дженкинс встал и стряхнул на ковер остатки пепла. – Все это придется выяснить в Австралии. Будем надеяться, что вам повезет.

– Разве у вас нет хоть смутной версии?

– Могу сказать только одно: она была достойной дочерью своего отца. Яблочко от яблоньки недалеко катится. Думаю, на первый раз этого достаточно, – скверно улыбнувшись, он направился к двери и уже на пороге сказал:

– Желаю вам успеха, коллега.

Дождавшись, пока за ним не хлопнула дверь приемной, я вышел из кабинета. Фрэн сидела с таким видом, словно у нее отобрали любимую игрушку.

– Ты что-то не в духе, крошка, – сказал я. – Как дела?

– Билет на самолет заказан, – сказала она официальным тоном. – Отлет в восемь утра, не забудьте.

– Не забуду. Первая посадка в Сан-Франциско?

– Да.

– Когда самолет покинет тамошний аэропорт?

– Сейчас посмотрю, – она открыла записную книжку. – В четырнадцать тридцать.

– Завтра в это время запросишь аэропорт, дабы удостовериться, что самолет вылетел вовремя.

– Неужели ты думаешь, что я изведусь в тревоге за твою драгоценную особу, Дэнни?

– Когда ты будешь уверена, что моя драгоценная особа уже летит над Тихим океаном по направлению к Австралии, опротестуй чек, который только что был выписан этому Дженкинсу.

– С удовольствием. Мерзкий тип! Пока я выписывала ему чек, он рассматривал меня, как дешевую проститутку. Его отвратительные глазки ползали по мне, словно блохи, – в ее голосе чувствовалось одобрение. – А я уж подумала, что ты купил у него гарем и тебя будут сопровождать в путешествии знойные красотки.