Он осмотрел присутствующих, совсем по-домашнему почесал переносицу и угрюмо добавил:

- Думайте, мужики! От нас честь России сегодня зависит... Он помолчал немного, потом вслух подумал:

- Неужели нет ни одного человека, который был там и запомнил, что именно произошло?

12. ЦАРИЦЫНСКАЯ ОБЛАСТЬ, РАЙОННЫЙ ЦЕНТР МИХАЙЛОВКА, 27 ИЮЛЯ 2006 ГОДА, 1.20

Старикову было не по себе.

Темнота окружала его со всех сторон, смутные очертания домов, вдруг выступающих из темноты, пугали своей безжизненностью. Оказавшись в городе, Стариков обнаружил, что изнутри Сферу практически не видно, лишь легкие отблески давали знать, что купол, накрывший город, никуда не исчез. Звезды сплетались в прежние, привычные глазу созвездия, и белесая полоска Млечного пути извилисто протекала по черному небу из одного края горизонта к другому. Выделялись обе Медведицы, вытянул шею Лебедь, а к северу перевернутой "дубль-ве" мерцала Кассиопея. Больше Стариков созвездий не знал и даже не мог представить, какая кучка звезд складывается в Центавра. Правда, бросались в глаза

два мутных пятнышка, которые один знакомый Старикову мужик, из тех, что в свободное время по планетариям ходит, назвал звездными скоплениями. Но если бы сейчас Старикова стали расстреливать за незнание звездного неба, он все равно не ответил бы, какое из них является Плеядами, а какое - Гиадами.

Путеводная красная нить шла напрямик, а Старикову приходилось петлять по улицам, поэтому он часто терял нить из виду, и приходилось тратить время на ее поиски. Зажечь факел Дмитрий отчего-то не решился, и теперь ему приходилось пользоваться фонариком, сажая драгоценные батарейки. Поэтому, когда он в своих блужданиях по улицам наткнулся на киоск "Союзпечати", Дмитрий только немного поколебался, но тут он увидел среди бумажной макулатуры цилиндрики батареек, и колебания его уступили место азарту. В конце концов, не сам он шел на кражу, обстоятельства его вынуждали. Да и можно ли было это назвать кражей?