Женщина шагала рядом с мужчиной так, словно составляла с ним одно целое. Тридцати двух лет от роду и добрых шести футов ростом. Скорее интересная, нежели красивая. Свою длинную тугую светлую косу Фишер утяжеляла полированным стальным шариком. Суровая худоба ее лица резко контрастировала с глубокими синими глазами и благородно очерченным ртом. Она одевалась, подобно мужу, в черное и белое. Расстегнутая блуза щедро приоткрывала грудь – в основном это делалось для того, чтобы отвлекать противника. Рукава рубахи закатаны выше локтей. Мускулистые руки – в старых рубцах. На поясе у нее висел простой меч без всяких украшений. Она редко убирала ладонь с его рукояти.

При встрече с Фишер почему-то сразу становилось ясно: давным-давно некая сила очистила ее от любых человеческих слабостей.

Давние партнеры, отличные воины, герои поневоле, Хок и Фишер не вели обычных, рутинных дел. Им доставались все самые сложные, странные и опасные случаи. К супругам обращались, когда было испробовано уже все, включая попытку закрыть глаза на происходящее в надежде на то, что все как-нибудь само собой рассосется.

Ранние часы нынешнего утра обещали дело не совсем обычное даже для них.

– Просто не верится! Нас послали разобраться с положением в доме, где живут привидения! – Фишер раздраженно пнула какой-то уличный мусор, недостаточно быстро убравшийся с дороги. – Я что, похожа на экзорцистку?

– На мой взгляд, эта работа скорее для священника, – примирительно заметил Хок. – Но если она позволит нам провести самые холодные утренние часы внутри славного теплого особнячка, с доброй чашей подогретого вина и какой-нибудь остренькой закуской... что ж, человек должен идти туда, куда велит ему долг. Можно будет вволю постучать по стенам и поразмахивать распятиями. Кстати, ты заметила – призраки всегда выбирают для своих явлений самые большие и дорогие дома.