Фишер презрительно фыркнула, глядя прямо перед собой.

– Ну да, ты же читаешь эти россказни. Сомневаюсь, что вообще верю в привидения. В свое время мы навидались всякого потустороннего дерьма, начиная с вампиров и оборотней и кончая персонажами с улицы Богов, но с явлениями призраков еще не сталкивались ни разу. Черт, если бы призраки и впрямь существовали, то, учитывая, сколько народу нам довелось положить за эти годы, мы бы уже увязли в них по горло.

– Ладно, что бы там ни беспокоило семейство Хартли, у них явно хватает связей, чтобы надавить на наше начальство. Так что придется нам с этим разобраться. Скорее всего, их тревожат пара-тройка скрипучих половиц да нечистая совесть, и нам останется только посидеть в тепле и уюте, изображая, будто мы ждем появления чего-нибудь эдакого. Желательно проделывать наши многозначительные трюки под разнообразные мясные закуски... Меня устроит чесночная колбаска. Ломтиками. Или соломкой. Да, я бы не отказался от некоторого количества чесночной колбасы. Прямо сейчас.

Впервые за время разговора Фишер посмотрела на мужа и тяжело вздохнула.

– И зачем я маюсь, высаживая тебя на диеты? Все равно ты никогда их не придерживаешься. У тебя вообще отсутствует сила воли, не так ли? Я такого пуза даже у медведей в спячке не видала.

Хок сердито зыркнул в ее сторону:

– Тебе-то хорошо! Ты способна умять все, что угодно и никогда даже фунта не наберешь. А я... Стоит мне только взглянуть на шоколадное печенье – и готово, талия раздается еще на дюйм. Это все четвертый десяток. Не следовало на него соглашаться. С этих пор все катится под гору. Погоди, я еще начну тапочки носить.

– Между прочим, ты даже не прикоснулся к тем славным ореховым котлеткам, которые я приготовила специально для тебя.

– Давай лучше о привидениях, – решительно заявил Хок.