Удалившись на пару метров от злополучной комнаты, Таркова не выдержала:

— Ты… Прошу прошения, вы… совсем рехнулись? Что вы устроили в досмотровой? Кому вздумали фокусы показывать?

— Нет ничего лучше, чем максимально наглядно объяснить человеку его заблуждения, — улыбнувшись, ответил Андрей.

— Ты… вы представляете?..

— Вероника, зачем вы себя насилуете? Мне, например, гораздо легче общаться на «ты». Тем более что я, в сравнении с вами, не такой уж и старый. Или я плохо выгляжу?

— Ты ведешь себя как ребенок! — Девушка все не могла успокоиться. — Если бы таможенник устроил обыск, то…

— Он бы ничего не нашел. Разве что догадался залезть в собственный карман, но при понятых и адвокате. Это был бы грандиозный скандал!

— Откуда у тебя пакет с порошком?

— Точно не знаю, скорее всего — происки недоброжелателей, — махнул рукой Фетров. — Завидуют, что я оказался столь удачливым.

— У тебя есть такие враги? — удивилась Вероника.

— Какие?

— Если в пакете действительно был наркотик, тебя могли посадить на десять лет. Когда ты успел его подменить и откуда взялся?.. — девушка запнулась. — Я ничего не заметила.

— Мужик так сожалел о том, что ему судьба не преподносит сюрпризов, что я по доброте душевной решил ему помочь. Пусть порадуется. — Андрей искусно ушел от ответа. — А насчет презервативов… Они лежали у него во внутреннем кармане.

— Ты же мог сорвать вылет, — не унималась Таркова. Она страшно переволновалась в кабинете таможенника.

— Давай не будем об этом думать. Сама же сказала — я на отдыхе, значит, только о приятном. Например, не заказать ли нам бутылочку красного для снятия стресса? Минут пятнадцать у нас имеется. Зайдем в буфет?

В огромном зале, где оказалась парочка, кафе и бары встречались на каждом шагу. Андрей по привычке называл их буфетами.

— Можешь заказывать себе что угодно. На отдыхе сейчас лишь один из нас, а я на работе не пью.