- Да какая разница! Надо с ним чё-то делать, - Магадан, прислушавшись, опустил оружие. - Куда его, Хромой? Все равно помрет, нету тут бабы, чтоб кормить его. И псы за ним гнались. Надо здесь оставить, под автобусом.

- Ребенка мутантам бросить?! - ужаснулся Тетеря, неловко пытаясь приладить на нос погнутые очки с разбитой линзой. - Где вы его взяли хоть? У слепых псов отобрали, что ли?

Мазай невесело усмехнулся, а Поршень, хмурясь и потирая лодыжку, покачал головой.

- Псы за бабой молодой гнались, за мамкой его, значит. Она через ручей перебралась - мокрая вся была - и на нас выскочила. Может, на костер бежала. Ну и померла прям там, у наших ног то есть.

Магадан недоверчиво сморщился:

- Чё за хрень ты несешь, последний мозг слепой пес из тебя выел через сапог? Откуда возле Свалки баба с младенцем? Неоткуда ей тут взяться!

- Сходи и сам посмотри, - отозвался Мазай. - Возле ручья аккурат найдешь.

- Не нанимался, - возразил Магадан сердито. - Если баба и была, ее уже псы сожрали небось.

Сталкеры замолчали, вслушиваясь. Издалека доносилось тихое рычание мутантов.

- Куда денешь-то его? - спросил наконец Поршень.

Под утро четверо сталкеров вернулись к старой водокачке на вершине холма. Это место только недавно начали отстраивать, приводить в порядок, чтобы устроить тут постоянный лагерь. На холме царило непривычное оживление: раздавались голоса, по двору бегали парни из команды Слона. На крыльце, неделю назад пристроенном ко входу в водокачку, морщась и держась за ребра, сидел Заточка. Возле него стоял мрачный Слон, сжимая за ствол СВД. При виде Мазая с компанией он перестал хмуриться.

- Привет, хозяин, - сказал хромой сталкер. - Глянь, чего мы нашли возле Крысиного ручья. - Он протянул подсохший сверток, откинул край тряпья. И удивленно прищурился, увидев, как перекосило Слона.