Днем и ночью пейзаж был наполнен жизнью, являл собою красочное зрелище.

Комнатка Мориса, светлая и просторная, с обоями в цветочек, была идеальным гнездышком для влюбленных. Мечтая рядом с возлюбленным, Фирмена говорила себе, что здесь она найдет счастье, счастье всей жизни! Безусловно, союз их тел и сердец сам по себе не принесет состояния, но они молоды и храбры, она – хорошая швея, он – умелый рабочий. Они могли бы любить друг друга, а затем придет и богатство, если она того пожелает.

Тем не менее, Фирмена с сомнением возразила переполненному счастьем любовнику:

– А деньги?.. Чтобы жить вместе, надо прилично зарабатывать…

Девушка всем сердцем мечтала получить обнадеживающий ответ. Морис сделал широкий жест, словно кидая вызов будущему.

– Да полно! – воскликнул он уклончиво. – Поживем – увидим! А пока будем любить друг друга!

От ночной прохлады прелестную Фирмену охватил легкий озноб.

– Давай ложиться, – чуть слышно произнесла она.

Морис закрыл окно…

– Брр!.. Не слишком горячая вода у тебя в умывальнике, мой милый!

– Фирмена, не ной, ты разве не знаешь, что знатные дамы умываются холодной водой? Я это вычитал в книге о том, как сохранить красоту…

– Ты что, читаешь такие книжки?

– Все надо читать. Ты не боишься опоздать?

– Страшно боюсь! Который час?

– Пять минут девятого…

– Я же не буду сорок с лишним минут ехать на метро.

– Верно… тебе надо быть в девять?

– Да, Морис, в девять. Где, черт побери, моя сумочка?

– Посмотри на стуле, под жакетом…

– Ах да… спасибо…

Красавица Фирмена, свежая и отдохнувшая, хотя и с легкой синевой под глазами, заканчивала сборы в комнате на набережной Отей, готовясь отправиться в мастерскую к Генри, где она была портнихой по юбкам.

Она проворно и стремительно шныряла по крошечной комнатенке, запаздывая, как и все парижские работницы.