1 Поскольку язык сартанов сам по себе магия, у каждого из сартанов два имени: тайное, которое является магическим и может в принципе дать другому сартану власть над его носителем, и обыденное имя, которое почти не связано с магией.

Сражение. Война. Битва. Из глубин появились жестокие чудовища и принесли с собой опустошение и смерть. Эти образы ворвались в сознание Альфреда, и он едва не лишился чувств.

- Я возглавляю Совет Семи, - начал Самах.

Альфред от изумления остолбенел. У него перехватило дыхание, как после хорошего удара.

Самах. Совет Семи. Этого не может быть...

Наконец Альфред заметил, что Самах нахмурился, и понял, что его о чем-то спросили.

- П-простите? - от волнения Альфред стал заикаться.

Остальные сартаны, до того стоявшие в почтительном молчании, зашептались и стали переглядываться. Самах обернулся, и все затихли.

- Я сказал, Альфред, - голос Самаха был любезным и терпеливым. Альфред почувствовал, что сейчас расплачется, - что, как глава Совета, я могу и должен задавать вам вопросы, и не из праздного любопытства. Это необходимо, принимая во внимание нынешние неспокойные времена. Где остальные наши собратья?

Его взгляд был нетерпеливым.

- Я... я один, - произнес Альфред, и слово "один" вызвало образы, заставившие Самаха и всех остальных сартанов изумленно воззриться на него во внезапно наступившей мучительной тишине.

- Что-то случилось? - наконец спросил Самах.

Альфреду хотелось крикнуть: "Да! Происходит что-то ужасное!" Но он мог лишь смотреть на сартанов в тревожном недоумении. Правда обрушилась на него подобно ужасным штормам, непрерывно бушующим на Арианусе.

- Я... Я не на Арианусе, да? - Альфред едва превозмогал тяжесть, сдавившую грудь.