- Нет, - сказал он. - Видимо, Токети-Фоллс не получится. Одно из правил движения в Америке гласит: дороги, вдоль которых нет электрических столбов, ведут в никуда.

Значит, и он это заметил.

- Поехали, - сказал он, забираясь в машину. - Я разобьюсь в лепешку, но выберусь отсюда. И в следующий раз буду слушать тебя.

"Ну да, - подумала Мэри со смесью иронии и усталого негодования, это я уже не раз слышала". Но не успел он переключиться с нейтральной передачи, как она положила свою руку на его.

- Знаю, что будешь, - сказала она, превращая тем самым его слова в твердое обещание. - А теперь давай сматываться отсюда.

- Будь спокойна, - сказал Кларк.

- Повнимательнее.

- Насчет этого тоже будь спокойна. - Он слегка улыбнулся, отчего ей стало немного лучше, и затем занялся рычагом передачи. Большой серый "Мерседес", выглядевший таким чужеродным в этом дремучем лесу, снова пополз по темной тропе.

Они проехала еще два километра, и ничего не изменилось, кроме ширины проселка: он сделался еще уже. Мэри подумала, что еловые лапы похожи уже не на голодных гостей на банкете, а на патологически любопытных зевак на месте дорожного происшествия. Если тропа станет еще уже, эти лапы начнут стучать в окна машины. Тем временем подлесок превратился из грязи в настоящее болото: кое-где различались озерца стоячей воды, присыпанной пыльцой и иголками. Сердце у нее билось слишком часто, и дважды она поймала себя на том, что кусает ногти - привыкла, от которой она избавилась за год до того, как вышла за Кларка. До нее дошло, что если они застрянут, то, несомненно, ночевать придется внутри "Принцессы". А в этих лесах водятся дикие звери - она, казалось, слышала их. Некоторые звуки можно было принять за медведей. При мысли о том, как они стоял у своего безнадежно застрявшего "Мерседеса", а навстречу выходит медведь, ей пришлось проглотить нечто похожее по размеру и вкусу на комок ваты.