Один мудрый волхв поведал, что такие мечи может ковать лишь тот, кто имеет власть над душами мертвых, а власть эту дает Камень, похищенный Громовником. Теперь Громовник мертв, Камень так и остался в Рипейских горах, но не это главное, а то, что в своих странствиях он как-то попал в злые руки. Понимаешь, у Громовника был такой же меч, как у нас, только злой, дающий недобрые советы и наставляющий на путь Зла. Он и есть орудие Зла, как наши мечи и мы сами стали орудием Добра в этой бесконечной битве неведомых сил.

– И теперь этот меч… – закусила губу девушка.

– Остался на ромейском корабле. – кивнул Микулка. – Не известно, где и когда его кто-то найдет и чем это может кончится. Потому Витим не откладывая повел дружину на поиски.

– И ты не пошел с ними? – дрогнувшим голосом спросила Дива, понимая, чего стоило мужу такое решение.

– Да. Я верю в то, что вещь, пусть даже говорящая, не имеет власти над человеком. Тот, у кого Зло в душе, найдет в мече поддержку, но и без него творил бы худые дела. А если человек идет по пути Добра, никакая говорящая железяка не остановит его, не свернет в сторону.

– Все таки этот меч опасен для нестойких душ. – поежилась девушка. – Мало ли он может наплести своему новому владельцу?

– Вот когда будет враг, тогда и надо с ним биться. Пока меч один, он не так уж и страшен. Камень гораздо опаснее, потому как если он снова попадет в злые руки, то кроме дружины Добра появится и дружина Зла. Вот это будет действительно худо.

Микулка умолк, стараясь успокоиться после всех треволнений недавних дней, а Дива обняла его и прижалась всем телом. Это ли не счастье? За такое точно стоило биться.

Молодой витязь уже не сомневался в правильности своего решения.

– А что ты мне хотела сказать после свадьбы? – вспомнил он вдруг. – Помнишь, еще в Киеве отец твой рек, что нам придется жить не по людским законам. Други уехали, теперь нам никто не мешает. Поведай, отчего отказаться придется ради твоих милых глаз. Или условие больше не нужно?