– А то копенгагенские красавицы будут носик воротить от запаха пороха, что идёт от такого красивого замка, – пояснил я, вызвав улыбки у датчан.

Но полковнику всё равно пришлось дарить карабин, иначе у Ларса случился бы нервный срыв. Торденшельд не желал выпускать ангарку из рук. Потом мы все вместе собирали гильзы, даже сам Ганнибал с удовольствием помогал нам, выуживая из жухлой травы металлические цилиндры. Попутно я объяснял, что всё же будет удобнее собирать их, просто вытаскивая пальцами из ствольной коробки. Но для этого надо будет затвор тянуть на себя более плавно. Датчане уже знали, что гильзы можно снарядить и использовать ещё раз. Был у нас и ещё один револьвер, но он предназначался в подарок королю Кристиану, при личной встрече.

– Эдак мы всё оружие раздарим, а нам отдарки будут? – поинтересовался у меня Тимофей.

Кстати, да, пора вернуться к разговору с Сехестедом и я, подозвав местного толмача, обратился к дипломату:

– Господин Сехестед, мы можем поставить вам пять сотен наших ружей. Я знаю, что вы будете наместником в Норвегии…

– Я уже наместник, – заметил Ганнибал.

– Отлично, вашим солдатам пригодится наше оружие в войне со шведами, – сам себе я напоминал менеджера по продажам.

– Думаете, скоро будет новая война? – прищурился датчанин. – Откуда вам это известно? Хотя да, вы правы – война будет. Кристиан желает вернуть Швецию под датскую корону, пока правит Кристина.

– Разве не Оксеншерна у руля страны?

– Пока да, но сама Кристина не скрывает своей антипатии к этому человеку – у неё сейчас много молодых советников, – проговорил Сехестед, почувствовавший нужный тон беседы. – К тому же Кристина полагает, что она разбирается в политике.