– Единственно туда, товарищ капитан. Господствующая над местностью ровная площадка. Городок отстоит примерно на шестьсот-шестьсот пятьдесят метров, – указал Вольский на небольшую площадку на склоне оврага, выходящего в долину небольшого притока Сунгари, где и был расположен посёлок.

– Верно, Ян. Иди, командуй своим выдвигаться на позицию, – Павлов встал с колена и, объяснив задачу командиру отделения разведки и прикрытия, отправил их обследовать подходы к площадке.

К Могды, селению маньчжурского вассала Балдачи, пришло две сотни ангарского войска при четырёх пушках и двести пятьдесят воинов амурского ополчения под началом даурского князца Лавкая, родственника князя Ивана. Общее руководство осуществлял сунгарийский воевода Игорь Матусевич. Отряд шёл на конях, частью на оленях, они же тянули пушки и повозки с боеприпасом, среди которых были снаряды, начинённые зажигательной смесью Мак Гроу. Задача у Матусевича была с одной стороны проста. Нужно было лишить маньчжур возможности устроить в этом городке, отстоящем от спешно возводимой ангарцами сунгарийской крепости на два с небольшим десятка километров вверх по реке, свой лагерь при весеннем походе. Казалось бы, возьми да и спали тут всё, да прогони жителей, чтобы они не снабжали маньчжур продовольствием и делов. Но нет, люди нам и самим пригодятся – поэтому придётся повторить действия самих маньчжур, то есть угнать местных в земли, ангарцами контролируемые. Чтобы маньчжуры не снабжались местными, Матусевичу предстояло ещё несколько таких походов. Овчинка стоила выделки.

– Обрати внимание, Ян, – капитан указал артиллеристу на то, что жильё обитателей городка – одинакового вида глинобитные домишки, лепящиеся друг к другу отстояли от домов знати, что были в большинстве своём в два этажа, с деревянными ставнями, да приукрашенные резными фигурками. – Жечь их, в первую очередь, после того, как твои разломают ворота. Больше деморализует, чем валить частокол.