Они задумчиво потягивали напиток и я старался сдержаться и не выпить залпом, чувствуя, как с каждым глотком тепло постепенно заполняет тело.

Юрген снова наполнил мою чашку.

«Не за что, сэр».

Он вручил мне сообщение на инфо-планшете.

«Это пришло для вас несколько минут тому назад».

Я взял планшет, взглянул на содержимое и перевел взгляд на двух офицеров.

«Что ж», – сказал я, стараясь сдержать свой энтузиазм от перспективы улизнуть куда-то, где хоть чуть-чуть теплее.

«Я думаю это даст нам некоторые ответы».

«От кого это?» – с отчетливым удивлением в голосе спросила Кастин.

Мы приземлились всего несколько часов назад, едва ли кто-то на Периремунде уже знал о нашем появлении, чтоб послать нам сообщение.

«Местный арбитр (4)», – ответил я.

Я толкнул планшет через стол, чтоб она могла прочитать.

«Он хочет обсудить юрисдикционные протоколы,на случай, если наши девочки и мальчики будут слишком буйными в свободное время».

Это была достаточно распространенная практика, когда Гвардейский полк или два высаживались где-то на планете, его солдаты несомненно причиняли беспокойство (а они это делали обязательно, или моя работы была бы бессмысленна), и необходимо было знать куда тащить виновных – в местный суд, военную полицию или сразу в Комиссариат.

Естественно вы получите на этот вопрос столько ответов, сколько комиссаров побывало на планете, но в моем случае я просил возвращать под мою опеку любого из наших солдат, попавших в беду. Эту привычку я приобрел с начала карьеры в 12-ом артиллерийском полку, и не было причин ей изменять.

С одной стороны это производило впечатление, что я забочусь о благополучии солдат, это мнение и дальше будет следовать за мной, что само по себе хорошо для настроения солдат, и с другой стороны это давало мне отличный повод регулярно линять из полка в поисках более приятного времяпрепровождения.