Дважды его дыхание на миг прерывалось — когда он проходил совсем рядом с местными обитателями. Сперва прошагали двое сменившихся с дежурства стражников, которые сами спешили окунуться в городские развлечения. А потом был настоящий жрец Храма. Но последний даже не поднял головы, уткнувшись носом в раскрытую книгу. Странно, что в такой темнотище он ещё разбирал буквы. «Повторяет храмовую службу», — подумал Крин.

Оружейная находилась между караулкой и казармами, из дверей которых лился свет. Внутри звучали голоса, но наружу никто не показывался. Крин добрался до заветной двери. Слабый свет пробивался из маленького окошка над притолокой. Не исключено, что там кто-то есть.

Но Крин не мог дольше ждать. Есть разные способы и приёмы, которые может пустить в ход безоружный человек для защиты и нападения. Среди вассалов его Дома были и такие, кто владел этим неблагородным искусством в совершенстве. Хотя юноша только начал изучать эти приёмы, но две декады тому назад сумел справиться с чудовищным громилой. Здоровяк решил побраконьерствовать. Столкнувшись с Крином, он бросился на него с ножом. И получил по заслугам.

Эти воспоминания придали Крину храбрости. Он слегка толкнул дверь оружейной. Если бы дверь оказалась заперта, у него наготове была ещё пара способов проникнуть внутрь. Юноша давно свёл тесную дружбу с охранниками караванов и перенял у них много всего, о чём отец даже не догадывался. Отец… у него нет больше отца!

Дверь приоткрылась, и беглец прошмыгнул внутрь оружейной. Там уже находился начальник стражи, который на церемонии подобрал брошенные отцом доспехи и оружие. Как Крин и думал, он вешал на крюк, торчащий из дальней стены, ножны с отцовским мечом.

Слева вдоль стены громоздился ряд копий, и Крин присел за этим островерхим забором. Начальник стражи поднял фонарь, который, видимо, принёс с собой, и направился к выходу. Крин не сдвинулся с места, хотя от всего сердца ненавидел этого человека и всё, что он защищал. Нет, месть придётся отложить. Сейчас главное — убраться отсюда тихо и незаметно.