В общем, если бы я в этом месте остановился, то истинные любители культур-повидла были бы явно разочарованы: наговорил тут, понимаешь, с три короба банальностей! Не спешите списывать на покой: есть еще порох в пороховницах Старого Голубятника. Всю эту историческую справку по воспитанию презрительного отношения к форме я предпослал с совершенно иным умыслом.

На днях у меня вышла дискуссия с другом о правильном произношении имени римского стоика «Сенека». С университетской скамьи (мне преподавал латынь Юрий Анатольевич Шичалин — кто в теме, тот оценит!) я знал, что Цицерон был Кикеро, а имя Сенека несет ударение на первом слоге и никак иначе. Меня обучали классической латыни (той, в которой не было средневеково-вульгарного «ц», а лишь «к») и там Сенека был СЕнекой. Для моего друга классическая латынь не авторитет ни разу, другое дело — Пушкин и портал Грамота. ру, поэтому правильно говорить СенЕка.

У Пушкина:

Хоть не являла книга эта

Ни сладких вымыслов поэта,

Ни мудрых истин, ни картин,

Но ни Виргилий, ни Расин,

Ни Скотт, ни Байрон, ни Сенека,

Ни даже Дамских Мод Журнал

Так никого не занимал

На Грамоте. ру: «Допустимы оба варианта, но предпочтение словари имен собственных отдают варианту СенЕка».

Перед нами ситуация, когда спор в заданной исходной парадигме — норма в произношении и манере речи — невозможен. Пушкин заимствовал свое произношение имени римского стоика из французского языка (в котором Sénèque с ударением на конце), Грамота.