- Никогда такой не видел, - сказал Таш.

- Ее теперь нет, снесли в шестидесятые прошлого века. Но двоюродный дедушка мамы ходил сюда, когда был маленьким, и он мне про нее рассказывал. Там было два деревянных здания, а между ними немощеный двор. Когда здания снесли, обломки покидали вниз, в подвалы, а потом залили все бетоном. У меня точно отмечено положение этих зданий. Западное из них прямо под видеодворцом "Пышные пышки" и его автостоянкой.

- Ты хочешь сказать, - удивляется Эйб, - что нам всего-то и надо что проломить покрытие автостоянки...

- Ну да, потому я и просил тебя захватить инструменты...

- Пробить бетон, прокопать три-четыре фута подсыпки - и мы доберемся до руин эль-моденской начальной школы, существовавшей с 1905 по 1960 год от Рождества Христова?

- Вот именно!

- Так давай! - провозглашает Эйб. - Чего же мы ждем?

- А-хахахахахахахаха...

Они выскакивают наружу, расхватывают инструменты, идут по Чапмэн-авеню; в окнах проезжающих машин - лица, глазеющие на людей, передвигающихся пешком.

- Там ведь и закладной камень есть, - все сильнее возбуждается Джим. И дата на нем высечена. Если бы мы его...

Посетители "Пышек" сверкают ослепительно яркой красно-желто-синей одеждой - в этом сезоне модны основные цвета спектра, - поглощают ослепительно яркие зеленые, пурпурные и желтые пышки, а затем погружаются в голографическую реальность африканской саванны. Четверка друзей огибает видеодворец и выходит на примыкающую к нему маленькую темную автостоянку, с одной стороны которой - глухая стена кинотеатра, с другой - глухая стена супермаркета, а в глубине - глухая стена жилого комплекса. Света не надо хватает отраженного в низких облаках сияния ОкО. На старом, заляпанном машинным маслом бетоне, совсем рядом со стеной "Пышных пышек", нарисованы маслом крестики - пометки, сделанные Джимом во время разведывательного похода.