В третьем варианте кристалл, вмещающий в себя триллионы разумов и сверхразумов, будет больше, чем миры, однако он сможет существовать только в абсолютном холоде в пространстве за Нептуном — холод требовался для особо точной субатомной инженерии. Железные дороги и лифты из невероятно прочных материалов будут тянуться на многие а. е. д. вдоль всей Солнечной системы и подходить непосредственно к солнечной мантии, чтобы добывать водородистую золу для строительных целей и иметь доступ к огромным энергетическим запасам Солнца, если энергия или материя понадобятся этой космической конструкции, вмещающей разум всего человечества.

Любое из этих хранилищ представляло собой потрясающее зрелище. Инженерия — просто исключительная. Фаэтон не смог бы объяснить словами, чего именно он ждет от будущего, но он точно знал, что ему совсем не нравится то, что предлагалось.

Дафну, его жену, которая была лишь рядовым членом дома, не пригласили; Гелий, отец и создатель Фаэтона, присутствовал лишь частично, прислав своего парциала, так как все главы были приглашены на конклав пэров.

Так вот и вышло, что среди этой шумной, радостной толпы, ярко одетых телепроекций, манекенов, натуральных людей, где на сотнях высоких окон Зала для представлений мельтешили многочисленные плохо различимые фигурки, где по тысячам каналов к нему поступали послания, запросы, приглашения, Фаэтон вдруг почувствовал себя бесконечно одиноким.

К счастью, это был маскарад, и он мог придать своему лицу и внешности вид собственной копии. Он надел костюм Арлекина с кружевным воротником, прикрыл лицо маской и выскользнул наружу прежде, чем помощники Гелия или его почетный эскорт могли заметить его отсутствие.

Фаэтон ушел, не попрощавшись и не сказав никому ни слова. Погрузившись в свои мысли, он бродил по безмолвным лужайкам и дорожкам, освещенным луной.

2