— Что-нибудь по моей специальности? — спросил Стюарт, и мгновенно его взгляд приобрел профессиональную сосредоточенность.

— Полагают, что мы имеем дело с отравлением, хотя этот случай мне и непонятен, — ответил детектив, которому превосходная осведомленность Кеппела Стюарта о ядах уже помогла в прошлом. — Но даже если это и не так, то все равно — это очень важный случай.

Отложив наполненную табаком, но не зажженную трубку, инспектор Данбар достал из внутреннего кармана своего твидового пальто туго набитый бумажник и извлек из него небольшой предмет, завернутый в папиросную бумагу. Развернув бумагу, он положил предмет на стол.

— Доктор, скажите мне, что это такое, — попросил он, — и я буду вам очень признателен.

Стюарт склонился к предмету, лежавшему перед ним, чтобы получше его рассмотреть. Это была золотая вещица замысловатой формы с искусной гравировкой, сделанной каким-то необыкновенным способом. Она была меньше дюйма длиной и состояла из шести овальных сегментов, соединенных один с другим так, что они образовывали полумесяц, шестой сегмент заканчивался спиралью с острием на конце Первый и самый большой сегмент имел неровный край, очевидно, в этом месте украшение было разорвано, если, конечно, этот предмет составлял часть украшения Стюарт поднял глаза и нахмурился, размышляя.

— Это — часть очень странного украшения, возможно, изготовленного в Индии, — сказал он.

Инспектор Данбар прикурил трубку и бросил спичку в огонь.

— Но что оно из себя представляет? — спросил он.

— О, я не случайно сказал, что это — часть странного украшения, потому что я не могу себе представить, чтобы какая-нибудь женщина надела такую ужасную вещь. Это — хвост скорпиона.

— А! — воскликнул Данбар, и в его желтых глазах промелькнуло волнение. — Хвост скорпиона! Я так и думал! А Сауэрби полагал, что это — шип кактуса или опунции!