Хуршид подумал и решил. Сначала он найдет Дильбар, потом, как велела мать, позовет тетю Манзуру. Да, нужно еще сообщить о несчастье маминому брату.
И привезти бабушку, она всегда, когда нет мамы, остается за хозяйку...
Мальчик хлопнул калиткой и побежал к соседям так, будто за ним кто-то гнался.
Хуршид проснулся от громкого голоса бабушки. Она так причитала, что мальчик вскочил, как ужаленный.
- Ой, что это за наказание нам, внучек? Загляни скорее в комнату, где живут гусеницы. Там ползают змеи! Беда, внучек, беда!..- услышал он.
Хуршид, не обуваясь, помчался к шелкопрядам.
Рывком открыл дверь, и у него перехватило дыхание: комната была полным-полна огромных жирных червей.
Мальчик захлопнул дверь и в растерянности уселся на пороге.
- Ой, внучек,- не унималась бабушка,- откуда взялись эти страшные змеи?..
- Пожалуйста, помолчите немного!- попросил Хуршид, хватаясь за голову. Но ему стало стыдно за то, что он нагрубил бабушке, и, не поднимая глаз, Хуршид рассказал ей, как все было.
- Ну вот, я этот корм и дал гусеницам...- закончил он.
- А если так, то ничего: все же шелковичные черви, а не змеи...Бабушка примирительно похлопала Хуршида по плечу и, подумав, добавила:- Вот что, внучек, ты сейчас иди прямо в правление. Позови когонибудь. Если придет сам председатель - еще лучше. Они что-нибудь придумают... Может, ученого позовут из города...
В правлении никого, кроме учетчика и девушкисекретаря, не было. Председатель с агрономом поехали по бригадам. Это надолго, решил Хуршид. Лучше пойти в больницу, где работает его дядя, и все ему рассказать. У дяди есть машина, и он сам привезет кого надо... Эх, нужно поторопиться. А то еще эти черви пропадут...
А если их будут забирать, нужно отделить несколько червей поздоровее и довести опыт до конца...
Интересно, а какими будут их коконы?..
Хуршид в углу подвала приготовил место для гусениц. Он сделал настил из тутовых веток на топчане, где на зиму складывали яблоки и виноград. Бабушка кормила скот и не следила за Хуршидом. Мальчик с трудом принес в подвал пять разъевшихся гусениц. Они были страшно тяжелые и едва помещались в большой плетеной корзине. Он пустил их на настил и отдышался.