— Так вот слушайте. Но пусть это останется между нами. Ладно? Смутная это история, я старался не рассказывать об этом раньше. — Витнесс запнулся, не зная, с чего начать. — Вот, кстати говоря, именно тогда, — он высунул покалеченную руку из-под пиджака и помахал ею в воздухе, — меня и разукрасили.

— Да? —  обиженно воскликнул Детто, — ты всегда говорил, что это работа космозоологом тебя наградила. А я-то уши развесил. Такая увлекательная байка про алайского тигра была…

— Это всё было, — поморщился Витнесс.

— И алайский тигр?

— Было, было, — успокоил его Витнесс, — и тигр был. Да только не он меня тяпнул — я его раньше застрелил. Это дело рук человека.

— Однако ж он тебя, — удивлённо выдохнул Детто. —  Ну рассказывай.

Витнесс прикрыл глаза, колеблясь, но через пару мгновений уже начал говорить, так, словно бы мысленно репетировал рассказ сотнями бессонный ночей — чётко, слово за словом, выстраивая по кирпичикам здание правды.

— Я действительно начинал карьеру космозоологом, но оставил занятие ещё в начале прошлого века. В 2105-м, меня — ещё довольно молодого учёного — заприметили некие спецслужбы. Что, надо сказать, для меня не было неожиданностью: в те времена, как и, скорее всего, в наши дни, космос кишмя кишел всякого рода организациями, ведущих разработки различной степени секретности. Чёрт его знает почему. Может, и вправду много опасного и заманчивого было тогда на чужих планетах, а может, необжитые места всего-навсего удобное место для нечистоплотных экспериментов. Так или иначе, я и пикнуть не успел, как оказался втянут в одну из спецлабораторий, деятельность которой, мягко говоря, не афишировалась. Как и следовало ожидать, вивисекцией космических зверушек наши доблестные спецслужбы занимались в таких масштабах, что десятой части увиденного мной хватило бы на то, чтоб от злости лопнула целая орава видавших видов гринписовцев.