Дочери миссис Чилии росли сами по себе. Конечно же, у них были лучшие гувернантки и самые красивые платья, но чего-то очень важного им все же не хватало. Ариэль и Мэрилин, погодки, внешне очень похожие, характерами были так далеки друг от друга, что у их матери иногда возникало навязчивое желание "перемешать" дочерей и превратить в одного "нормального" по ее мнению человека.

Ариэль, младшая из сестер, постоянно находилась в движении — и если она не могла сейчас же реализовать только что придуманный план (надо отдать ей должное — такое случалось очень редко!), в ее голове уже зрел новый, намного более интересный замысел.

Мэрилин, внешне спокойная и собранная, почти не доставляла хлопот своей матери. Вот только иногда миссис Чилии трудно было выдерживать взгляд своей старшей дочери, — она не могла в равной степени ни объяснить, ни просто привыкнуть к его существованию… Из всего этого миссис Чилия делала вывод, что всегда исполнительная Мэрилин — большая обманщица, и никогда ей, разумной и практичной женщине не разобраться в мыслях, скрытых за непроницаемой завесой серых спокойных глаз. Даже если Мэрилин все подробно ей объяснит и расскажет, даже если повторит несколько раз — все равно скроет что-то важное, даже не скроет, а скажет вскользь, и мисс Чилия сойдет с ума и так не поймет своего странного ребенка.

Несмотря на разность характеров, Ариэль и Мэрилин были очень дружны — они доверяли друг другу свои самые важные секреты и строили самые грандиозные совместные планы. Ариэль обычно была зачинщицей таких событий, как розыгрыш занудной тетушки Эмили с фейерверками из-под подушек и прочими неожиданностями, или переворотов на кухне, когда соль пересыпалась на место сахара и мука мешалась с манкой.