— Варягин Олег…

— Постой-ка. Варягин, ну да. Его сейчас допрашивают как свидетеля. Понимаешь, я только с работы ушел, и, видимо, позвонили насчет этого трупа.

— Какого трупа? Которого сейчас допрашивают как свидетеля?

— Ну, какая ты непонятливая! Дело-то в наш убойный отдел передадут, если обнаружится криминал! А твой Варягин жив, умер его сосед, мастер из телеателье.

— Сосед? Мастер? — удивленно спросила Люба.

— Ну да. Он сегодня чинил твоему Варягину телевизор, так, по-соседски, и денег не взял, а получил в качестве презента бутылку водки. Отличная водка, дорогая, прозрачная, как слеза…

— Не отвлекайся на алкогольную тематику.

— Ну да. Так вот: придя, домой и, выпив, этой водки, варягинский сосед Михаленко Борис Павлович мгновенно откинул копыта. Спрашивается: в чем причина?

— И в чем?

— Вскрытие покажет. Но судмедэксперт сказал, что очень похоже на отравление.

— Водка, значит, была некачественная.

— Все может быть, — задумчиво сказал Стас. -Но такая хорошая водка, уважаемой марки, прозрачная, как слеза…

— Иди ужинать уже. Значит, с Варягиным все в порядке?

— В том-то и дело, — сказал Стас, направляясь на кухню. Все еще расстроенная Люба слышала только его невнятное бурчание. «Варягин, Варягин», — билось у нее в голове.

— Что ты сказал? — переспросила она, двинувшись следом.

— Я сказал, что если дело не в плохом качестве водки, то получается, что твой Варягин отравил своего соседа.

— Чушь какая! Зачем ему травить соседа — телемастера?

— Ну, мотивы могут быть разные. Жену могли не поделить.

— Чью? От Варягина жена ушла.

— У соседа осталась.

— И как она?

— Баба как баба, — пожал плечами Стас. — Стоит у подъезда, воет. Мужнино тело на вскрытие увезли.