
Весьма рассчитываю на ваш скорый ответ.
О. Варягин.
Нет, этот человек не был шизофреником. С ним, действительно, происходило что-то странное. Интересно, а что вечером скажет Стас?
— … устал, как собака. Этого Варягина следователь четыре часа сегодня терзал. И, знаешь, какая странная получается история…
— Это его хотели убить, так?
— А ты откуда знаешь? — вытаращил Стас синие глаза.
— Догадалась.
— Может, ты догадалась, кто это мог сделать?
— Может и так.
— Ну, поделись, поделись, подруга, своими соображениями. А я подумаю, может, тебя к нам в органы на оклад взять? Следователем дознания, а?
— Сначала ты расскажи.
— … и вот этот тип, совершенно ошарашенный, пошел с приятелями, живущими в его доме, к пивной палатке и там рассказал о странном мужике, у которого крыша поехала. Мол, кожаную куртку со своего плеча чужому человеку отдал. Те, конечно, посоветовали: пойди и верни, мало ли что. Этих буржуев не поймешь: сегодня куртку дарит, завтра, пардон, морду набьет и отнимет. Ну, гражданин Палочкин, выпил сто грамм для храбрости, и пошел вечером к Варягину отдавать куртку. Один его собутыльник живет как раз над Варягиным, он и номерок квартиры подсказал. Я думаю, что дело было так: убийца позвонил Варягину на работу, секретарша сказала, что шеф уже уехал домой. Убийца поехал туда же, вывернул лампочку на лестничной клетке, потому что Варягин мог его узнать, и стал ждать. А тут Палочкин поднялся, в куртке, в кепке. Убийца очень хорошо знает гардероб Варягина, видимо, и в куртке этой приметной видел не раз. Палочкин направился прямиком к Варягинской двери, и тут убийца подошел со спины и несколько раз ударил его ножом. И бежать.
— А запах? От Палочкина же водкой пахло?
— Во-первых, не у всех тонкое обоняние. Может, у убийцы насморк, или хронический гайморит? Кстати, очень интересная версия. А во-вторых, почему, собственно, Варягин с горя не мог выпить? Как случилось, так и случилось. Может, парень сразу догадался, что не того убил? И вообще мне кажется, что этот человек не профессионал. Дилетант. Как известно, таким везет. В том смысле, что поймать их трудно. Это, во-первых. А во-вторых, тот, кто покушается на Варягина, почему-то страшно боится смотреть ему в глаза. Совестно, что ли?
