Луны глаз согласно гаснут.
Мысль во тьме коснулась мысли.
"Да. Пожалуй. Мы похожи.
Я один и ты одна.
Наша ненависть друг к другу
Проросла под этим небом,
Потому, что режет землю
Отчуждения стена.
Ты чужая…
Изначально
Мне твоя враждебна стая.
Отчего же так знакома
Мне тоска в твоей груди?
Ты не носишь волчьей шубы.
От тебя не пахнет кровью.
Ты не хочешь нашей смерти?
Ладно… Верю… Уходи…"
ГОРОД ДОЖДЯ.
"… всякая мысль материальна
как земля, как пространство,
как время".
Из сборника "Песни Раэнора".
"Пошли как-то братья Люмьер в кинотеатр и посмотрели "Унесенные
ветром". Им это так понравилось, что они решили снять то же самое,
только черно-белое, немое и про паровоз".
Анекдот.
1.
В Городе Дождя возможно все. Даже то, чего в принципе быть не может. Он так устроен. Д-р Эйнштейн долго, пространно и с воодушевлением распространялся по этому поводу во время нашей последней встречи, но я мало чего запомнила, потому что голова моя была в тот момент занята другим. Знаю только, что на счет Города Дождя он был категоричен: "Нет его. В принципе невозможен". Но это не мешало ему наведываться туда время от времени, чтобы почерпнуть немножко вдохновения. И тогда мы: два рыжих кованых фонаря, старый фенакодус и я — имели редкую возможность послушать, как д-р играет на скрипке. Не очень хорошо он играл, но в Городе Дождя на это не смотрят. Здесь все на чем-нибудь играют, и зачастую — не очень хорошо.
Обычно я приезжаю сюда на каникулы. В Город Дождя нужно ехать на поезде. Брать билет, который, обычно, не достать, да и стоит он прилично.
Потом выходить на промежуточной станции и снова брать билет, уже в другую сторону. И снова ехать почти целую ночь, и не спать, чтобы не прозевать ярко освещенный, почти игрушечный вокзал: станцию, которой нет ни на одной схеме железных дорог. Это утомительно. Вот д-р Эйнштейн попадает сюда проще. Но я не знаю — как. Однако каждый раз, когда мне хочется поболтать с ним, он уже тут как тут. Правда, в последнее время я его редко вижу, но мне и не хочется его видеть. Я на него зла.