"Королева" легко спрыгнула на песок между стеной и большой каменной чушкой. - Вот видишь, - она указала в сторону улицы, - трава там растет нетронутая. Видно, что к дому никто не ходит. А на камнях следов не остается. Никому и в голову не придет, что мы через соседний дом пробираемся. - И много вас тут прячется? - Много. Человек тридцать, наверное... - женщина запустила руки себе в волосы и хорошенько их встряхнула. - Охотники несколько раз из пленных сторожевых драконов делали. Боятся. Ты постой здесь, хорошо? Я сел на чушку, приподнял ткань рапсодии и снова подул на раскаленные плечи. "Королева" ушла за дом и через несколько минут вернулась с большим медным кувшином и двумя корнеплодами, похожими на свеклу. - В Колодец ты, как я помню, спускался. Но вот сильно сомневаюсь, что ты там пил. Хочешь? - она протянула мне кувшин. - Еще как! Спасибо, - я прильнул к теплой, чуть кисловатой воде, сделал несколько глубоких глотков, потом взялся за плоды и спросил: - А что такое "сторожевые драконы"? - Это зубы. - Она присела на камень под окном. - Зубы дракона большая редкость. Они растворяются в человеческой крови, поэтому, если на охоте погибнет, или даже просто будет укушен хоть один человек, то дракон остается без зубов. Порошок из зубов - это воля дракона. Когда они вырастают, ничто не может противостоять их жажде крови. Если дать порошка кошке, и посадить ее в дом, то она будет уничтожать все живое, до чего только дотянется. Она не будет признавать ни хозяина, ни своих котят, ни котов. Она будет уничтожать все, от чего пахнет жизнью и теплой кровью. Если дать порошка человеку, он станет таким же... Плоды на вкус удивительно напоминали обычную морковь. После первых же проглоченных кусочков, я почувствовал, как в висках упруго застучал пульс, глубже стали наполняться легкие, перестали ныть ступни ног и плечи. "Королева" сидела, откинувшись на стену, закрыв глаза и прикрыв их рукою от солнца. Лучи играли в ее волосах, резко очерчивали грудь, грели колени.